498240d0     

Пашков Александр - Ошибка



Александр ПАШКОВ
ОШИБКА
Потому-то и новых времен
В нашем городе не настает...
В.Высоцкий
Раскаленное солнце висело над полем. Казалось, сам воздух дрожит в
этом желтом мареве. Дышать было нечем. Мухи так и норовили сесть на липкую
от пота спину и разгоряченный лоб.
Комбайн раскачивало, и от этого монотонного убаюкивания Семена
Лавочкина потянуло в сон.
Он оглянулся на скошенную полосу. Ножи резали плохо, то там, то тут
позади комбайна по стойке "смирно" стояли колосья, как будто издевались
над комбайнером.
"Успею, - решил Семен, - куда торопиться. Свое все равно получу,
председатель не обидит, а скошу раньше, чего доброго, перебросят на другое
поле. Не очень-то хочется надрываться за других".
Семен заглушил машину, взял с сиденья полотенце и направился к
лесопосадке. В тени он устроился поудобнее, набросил на лицо полотенце,
чтобы мухи не садились, и задремал.
Сколько времени продолжалось забытье, Лавочкин определить не мог, но
открыв глаза, увидел стоящего перед комбайном человека. Тот был одет в
футболку с красной надписью поперек груди "гласность" и заплатанные,
потертые джинсы с нашлепкой на неизвестном языке.
Каким образом возник здесь человек, Лавочкин не знал, но уже само
появление незнакомца на поле, возле комбайна наводило на мысль, что тот
появился неспроста.
- Эй, ты что там делаешь? - закричал Лавочкин, размахивая полотенцем.
Он сперва подумал, что это механик из соседнего колхоза, решивший
поживиться какой-нибудь деталью от новенького комбайна. "Чудак, - подумал
Семен, - если б знал, сколько лет моему комбайну, ни за что бы не пылил
столько километров из соседней деревни".
Но незнакомец и не думал ничего отвинчивать. Подождал, пока подбежит
Лавочкин, потом заговорил глухим голосом с небольшим кавказским акцентом:
- Вот я и добрался до вашего колхоза. Ну так что, будем
перестраиваться?
- Чего-чего? - не понял Семен.
- Жить по-новому, - объяснил человек.
- А как?
- Вы что, не знаете о перестройке? - удивился мужчина. - Сейчас все
только о ней и говорят.
- Ну, слышал о такой. И что с того?
- А то, что гласность - основной принцип перестройки. Говорить людям
нужно правду, какая бы она ни была.
- Неужели? Так расскажите правду... обо мне, например.
- О вас? Это мигом. Вы сейчас хотите поскорее от меня избавиться,
чтобы подремать еще часок, а затем сбегать на озеро искупаться. У вас уже
и полотенце припасено...
- Неправда, - Лавочкин поморщился. Такую правду он не хотел слушать.
- Я жду загрузочный самосвал, сейчас прибудет.
- Самосвала не будет. Вам ваш дружок, Васька Кузькин, сказал, что до
обеда не явится. Он сейчас поехал на свиноферму выбирать для гостей самого
упитанного колхозного кабанчика. К нему родственники из города приехал и.
- А чем вы докажете, что Васька там? - Лавочкин обрадовался, что
незнакомец будет посрамлен.
Но тот и не думал краснеть. Он достал из заднего кармана джинсов
маленькое зеркальце, наподобие тех, что носят женщины в дамских сумочках,
протер его и протянул комбайнеру:
- Смотрите!
Поверхность зеркальца покрылась красноватой пленкой, и сквозь этот
красный туман Семен увидел Ваську, о чем-то разговаривающего с заведующим
свинофермой.
- Во дает Васька! В рабочее-то время! Ему ж от бригадира попадет.
- Не попадет. Бригадир об этом не знает. Он сейчас у
Тоньки-буфетчицы, шуры-муры крутит. Домой вернется к полуночи, ему не
впервой, а жене скажет, что задержался на уборочной.
- Покажите, - встрепенулся Лавочкин, надеясь, что пришелец покажет



Назад