498240d0     

Паустовский Константин - Сказочник (Христиан Андерсен)



Константин Паустовский
Сказочник
(Христиан Андерсен)
Мне было всего семь лет, когда я познакомился с писателем Христианом
Андерсеном.
Случилось это в зимний вечер, всего за несколько часов до наступления
двадцатого столетия. Веселый датский сказочник встретил меня на пороге
нового века.
Он долго рассматривал меня, прищурив один глаз и посмеиваясь, потом
достал из кармана белоснежный душистый платок, встряхнул им, и из платка
вдруг выпала большая белая роза. Сразу же вся комната наполнилась ее
серебряным светом и непонятным медленным звоном. Оказалось, что это звенят
лепестки розы, ударившись о кирпичный пол подвала, где жила тогда наша
семья.
Случай с Андерсеном был тем явлением, которое старомодные писатели
называли "сном наяву". Просто это мне, должно быть, привиделось.
В тот зимний вечер, о котором я рассказываю, у нас в семье украшали
елку. По этому случаю взрослые отправили меня на улицу, чтобы я раньше
времени не радовался елке.
Я никак не мог понять, почему нельзя радоваться раньше какого-то
твердого срока. По-моему, радость была не такая частая гостья в нашей семье,
чтобы заставлять нас, детей, томиться, дожидаясь ее прихода.
Но как бы там ни было, меня услали на улицу. Наступило то время
сумерек, когда фонари еще не горели, но могли вот-вот зажечься. И от этого
"вот-вог", от ожидания внезапно вспыхивающих фонарей у меня замирало сердце.
Я хорошо знал, что в зеленоватом газовом свете тотчас появятся в глубине
зеркальных магазинных витрин разные волшебные вещи:
коньки "Снегурка", витые свечи всех цветов радуги, маски клоунов в
маленьких белых цилиндрах, оловянные кавалеристы на горячих гнедых лошадях,
хлопушки и золотые бумажные цепи. Непонятно почем, но от этих вещей сильно
пахло клейстером и скипидаром.
Я знал со слов взрослых, что этот вечер был совершенно особенный. Чтобы
дождаться такого же вечера, нужно было прожить еще сто лет. А это, конечно,
почти никому не удастся.
Я спросил у отца, что значит "особенный вечер". Отец объяснил мне, что
этот вечер называется так потому, что он не похож на все остальные.
Действительно, тот зимний вечер в последний день девятнадцатого века не
был похож на все остальные. Снег падал медленно и очень важно, и хлопья его
были такие большие, что, казалось, с неба слетают на город легкие белые
цветы. И по всем улицам слышался глухой перезвон извозчичьих бубенцов.
Когда я вернулся домой, елку тотчас зажгли и в комнате началось такое
веселое потрескиванье свечей, будто вокруг беспрерывно лопались сухие
стручки акации.
Около елки лежала толстая книга - подарок от мамы. Это были сказки
Христиана Андерсена.
Я сел под елкой и раскрыл книгу. В ней было много цветных картинок,
прикрытых папиросной бумагой. Приходилось осторожно отдувать эту бумагу,
чтобы рассмотреть эти картинки, липкие от краски.
Там сверкали бенгальским огнем стены снежных дворцов, дикие лебеди
летели над морем, в котором отражались розовые облака, и оловянные солдатики
стояли на часах на одной ноге, сжимая длинные ружья.
Я начал читать и зачитался так, что, к огорчению взрослых, почти не
обратил внимания на нарядную елку.
Прежде всего я прочел сказку о стойком оловянном солдатике и маленькой
прелестной плясунье, потом - сказку о снежной королеве Удивительная и, как
мне показалось, душистая, подобно дыханию цветов, человеческая доброта
исходила от страниц этой книги с золотым обрезом.
Потом я задремал под елкой от усталости и жара свечей и сквозь эту
дремоту увидел Андерсена, ко



Назад