498240d0     

Певзнер Керен - Ее Последний Круиз



КЕРЕН ПЕВЗНЕР
ЕЕ ПОСЛЕДНИЙ КРУИЗ
ЗНАЕТЕ ли вы, какое в Израиле мороженое? Это песня, поэма, холодная и
искрящаяся. Нежные сливки тают во рту, язык ощущает кусочки свежих персиков
и ананасов, ароматный сок клубники перемешивается с замороженным йогуртом. И
все это для того, чтобы доставить тебе, Валерия, неизъяснимое наслаждение во
время длинного средиземноморского лета.
Поглощая фисташковое мороженое прямо из пластиковой баночки, я лениво
рассуждала о том, что не все так плохо устроено на этой земле. И если кем-то
был придуман палящий зной, то кто-то другой противопоставил этому зною
кондиционеры, юбки-саронг и более сотни видов мороженого.
Тщательно выскоблив баночку, я с сожалением выкинула ее в корзину для
бумаг и повернулась к компьютеру. Дел было по горло. Несмотря на летнюю лень
и желание спрятаться в темной прохладе, клиентов у меня по-прежнему хватало.
Люди не переставали приезжать на Землю Обетованную, а значит им требовались
копии документов на государственном языке и мои скромные услуги в качестве
переводчика, советчика и няньки с правом подписи.
На экране светился очередной лист экзаменационных оценок, который мне
нужно было перевести. И я начала машинально бить по клавишам, вспоминая, как
будет на иврите сопромат и теормех.
А мысли тем временем витали далеко. Хотелось синего неба и соленых
брызг в лицо, и чтобы ветер развевал неплотно запахнутую юбку. И лежать в
шезлонге под цветастым грибком и посасывать через соломинку ледяной
грейпфрутовый сок. И прислушиваться к звону льдинок в высоком бокале, и еще,
и еще...
Надо мной склонился полуобнаженный официант с бабочкой на загорелой
шее. Он предлагал мне мороженое в запотевшей вазочке. Мое любимое, с
шоколадными чипсами. И тут затренькал "Турецкий марш". Официант рассеялся
как дым, испугавшись такой бездарной аранжировки, а я схватила свой
неразлучный сотовый.
- Алло, я слушаю.
- Госпожа Вишневская? - спросил меня мужской голос.
- Да, это я.
- Меня зовут Элиэзер Гарвиц, координатор по связям с общественностью
фирмы "Шуман и сыновья". Ваша контора находится на Соколова?
- Да.
- Вы могли бы уделить мне время? Скажем, с четырех до пяти? - голос
господина Гурвица был настойчив.
- Да, - я ничего не могла с собой поделать. Мой собеседник строил
беседу по классическим карнегианским приемам: он не давал собеседнику
возможность отрицательного ответа.
- Отлично, ровно в четыре вас будет ждать машина. Вы приедете к нам, а
потом вас отвезут обратно. Устраивает?
После последнего своего "да" я выключила сотовый и откинулась на спинку
вращающегося стула. Я была обескуражена, и в то же время мне хотелось
смеяться. Фирма "Шуман и сыновья" являлась крупнейшей в Израиле компанией по
производству мороженого, а один из ее филиалов находился в Ашкелоне, в
городе, где на улице Соколова уже два года работала переводческая контора
Валерии Вишневской, вашей покорной слуги.
Следовало предупредить дочь на случай задержки. Ведь я до сих пор не
знала, с чего вдруг моя персона заинтересовала мороженщиков.
- Дарья, привет! Ты дома?
- А кто, по-твоему, снял трубку? - хмыкнула она, но я оставила без
реакции ее сарказм.
- Я сейчас уезжаю на фабрику мороженого "Шуман и сыновья".
Дарья восторженно взвизгнула:
- Класс, мамуля! Мы там были на экскурсии. Я три стаканчика съела.
Домой принесешь мороженого?
- Не думаю... Меня по делу зовут.
- По какому?
- Приду - расскажу. Бай, дорогая.
Вот теперь можно было отправляться в сладкое царство Снежной Королевы.




Назад